Роман "Фараон" Б.Пруса 1898г.
Глава I. Страница 16.
И, однако, никто как будто не замечал ни его трудов, ни его крикливых побуждений. Уже более получаса парк грузно и медленно подвигался по извилистому бездорожью ущелья, каменные обнаженные бока которого падали почти отвесно и наводили уныние своим пустынным видом.
Вдруг впереди, в голове колонны, произошла остановка. Оказалось, что ущелье пересекалось другим, поперечным ущельем, а то, в свою очередь, перерезывал глубоки канал.
Посланный к министру ординарец привез приказание «немедленно приступить к засыпке канала в месте перехода через него парка», и две роты солдат-греков были высланы перед колонну, с лопатами и кирками.
Горячая работа закипала и ущелье огласилось ударами кирок о каменистая плиты и шумным говором рабочих. Канал заваливали камнями, засыпали песком, утрамбовывали его.
Когда это происходило, к работавшим подошел человек, по внешнему виду крестьянин; он нес на плече мотыгу с деревянной длинной рукоятью на подобие лебединой шеи и вырезанным на конце ее клювом этой птицы. Одно мгновение он как будто с удивлением глядел на работу солдата, потом вдруг, точно что кольнуло его в самое сердце, он ринулся на них, махая своею мотыгою и крича:
— Что вы делаете тут, вы, язычники!? Разве не видите, что это не лужа, а канал!?..
— Как ты смеешь кричать тут и ругаться, смерд этакой!— вскричал на него Эвнано, успевший уже подвернуться на эту сцену. — Разве ты ослеп и не видишь, что имеешь дело с воинами его преосвященства, а?!
— Как не видать, вижу и знаю, что говорю с большим господином, — отвечал крестьянин: — оттого-то и говорю так, что и канал этот выкопан был тоже знатным вельможею. Может, знаете секретаря и носителя опахала при мемфисском номарх — так это ему сыном приходится... Такая особа, что не годится вам ему худо делать!
— Продолжайте свою работу, — покровительственным тоном сказал Эвнано солдатам, приостановившимся было и с любопытством рассматривавшим крестьянина:— продолжайте!— повторил он громко, и хотя греческие воины не разобрали его египетской речи, они отлично поняли смысл ее по повелительному жесту офицера.
— Что ж это будет такое! Батюшки святы! — отчаянно вскричал крестьянин.—Ах, вы злодеи! Да в вас Бога нет. Проклятые!
И он бросился на работавшего с краю грека с поднятою мотыгой.
Ссылки на тему: